О Белых армиях » Мемуары и статьи » Б.Б. Филимонов КОНЕЦ БЕЛОГО ПРИМОРЬЯ.

11. Отход с боем частей Полковника Аргунова.


В 9 часов 20 минут (утра) 14-го октября Генерал Смолин с дороги Вознесенское — Халкидон, находясь в 6 верстах от первого селения, еще не имея сведений от Генерала Молчанова о трагическом повороте дел под Монастырищем, доносил Воеводе своим № 3900/оп с копией Генералу Молчанову, следующее:

«На рассвете сего числа Полковник Мельников, подойдя из Благодатного, атаковал Лучки и выбил из последней 1-ый эскадрон Кубанского кав. полка. В 9 час. части Полковника Мельникова, двигаясь на Халкидон, вступили в бой с противником, силы которого пока не выяснены.

Одновременно с этим, я с остальными частями группы, наступая на Халкидон, столкнулся к северу от высоты с отметкой 61,8 с колонной противника, наступающего на Вознесенское. В данный момент по всему фронту идет ружейная, пулеметная и артиллерийская стрельба. Силы противника трудно учесть благодаря туману».

Донося так, Генерал Смолин базировался на донесении Подполковника Волкова (Нач. штаба Западно-Сибирского отряда), в котором последний писал:

«По приказанию Начальника отряда доношу, что красные силою до 600 человек пехоты и 200 конных наступают со стороны Халкидона. Артиллерии у противника пока не заметно. Сейчас завязалась ружейная и пулеметная перестрелка».

Новое донесение, подписанное самим Полковником Аргуновым, гласило:

«Передо мною не менее 1000 человек пехоты и 600 сабель при 1 орудии, в их глубине видны в колонне резервы. У Добровольцев в двух ротах убыл командный состав, пешая разведка потеряла половину, в остальных — потери порядочные».

Полковник Бахтерев, помощник Командира Томской (Добровольцы) дружины, рассказывает:

«Поднялись на рассвете, часа в 4 — 5 утра, пошли, отошли походным порядком версты 2 — 3. Я шел вместе с Полковником Аргуновым и Полковником Урняж. Туман. Наша передовая застава столкнулась с противником. По всей линии завязалась стрельба. Когда туман рассеялся маленько, то мы увидели как от леса появились цепи красных, им не было ни конца ни края. У нас же — горсть. Между нашей цепью и красными — шагов двести. Ротмистр Соколов с сотней Добровольцев (Конная разведка Томской дружины) бросился вправо, в лес. Наша цепь поднялась в атаку. Встали и красные, встали и пошли на наших. У красных три цепи, а сзади колонна вплоть до самого Халкидона, в ее хвосте видны обозы. — "Белые бандиты, сдавайтесь" — раздались крики красных. Наши бойцы открыли стрельбу и этим временем стали отходить. Выиграли шагов двести, потом еще шагов сто. Красные наступают не отрываясь. Под уклоном стоит пулемет Иркутской дружины. Он открыл огонь, благодаря чему красные отстали шагов на 400. Так, сохраняя, примерно, эту дистанцию мы и отходили с боем к Вознесенке».

Этим временем Генерал Смолин уже получил телефонограмму Генерала Молчанова о начавшемся откате белых под Монастырищем. В 10 часов Командующий Сибирской группой писал Полковнику Мельникову (с копиями Полковнику Аргунову и Генералу Молчанову):

«Противник перешел в наступление против Генерала Молчанова. Части Полковника Аргунова ведут бой с противником к северо-востоку от Вознесенского, примерно верстах в 6, если не удастся сдержать противника, то части Полковника Аргунова будут отходить через Вознесенку на Павловку. И Вам под натиском противника, отходить на Григорьевское. Части Полковника Аргунова отходят».

Так в 10 часов (утра) 14-го октября, когда туман рассеялся и силы красных он более уже не мог скрыть, финал боя для Генерала Смолина и Полковника Аргунова сделался ясен. Приходилось думать лишь об одном — как отойти с возможно меньшими потерями. Тяжесть положения Сибгруппы усугублялась еще тем, что в распоряжении Генерала Смолина совсем не имелось конницы, если не считать двух десятков всадников конной разведки Томской пешей дружины, а между тем местность была открытая, а на многих участках и совсем равнинного характера.

Неся большие потери, отряд Полковника Аргунова, теснимый с флангов конницей противника, медленно отходил на Вознесенское. Положение частей его отряда достаточно ясно рисуется следующим его донесением Генералу Смолину (без указания часа):

«Ранен командир Иркутской дружины. Значительные потери. Стараюсь задержать противника. По западной Лучковской дороге есть движение. Боюсь — не Мельников — ли? Противник — против деревни (село Вознесенское) четырьмя колоннами, его разведка вошла».

В своем докладе Воеводе Генерал Смолин указывает, что «проходя село, противник развернул цепи на 5 верст но фронту». Действительно — положение Сибгруппы в эти часы было трагично и приходится только удивляться геройству этой кучки в 400 человек, нашедшей в себе мужество медленно с боем отходить по открытой местности под натиском красной лавины.

В 12 часов 14-го октября с дороги Вознесенское — Павловка, находясь у ручья Насырова, Генерал Смолин своим № 3902 (№ 16/пох) доносил Воеводе (с копией Ген. Молчанову):

«Иркутская и Томская пешие дружины, понеся значительные потери во встречном бою сегодня с противником, наступавшим из Халкидона на Вознесенское (до 1000 пехоты и 600 конных) в 10 часов стали отходить на Вознесенское. В 11 часов, сдерживая натиск противника преимущественно артиллерией, части вели бой на юго-западной окраине Вознесенского. В данное время эти части Полковника Аргунова постепенно отходят на Павловку.

Омская пешая дружина Полковника Мельникова, усиленная ротой Красноярской пешей дружины, вела сегодня с утра бой по дороге Лучки — Халкидон, но результаты боя не выяснены. Но, ввиду отхода частей Полковника Аргунова и полученного мною сообщения от Генерала Молчанова о положении на его участке, я приказал отходить и Полковнику Мельникову на Григорьевское. По сведениям Григорьевское занято партизанским отрядом.

Ранен Командир Иркутской дружины и вообще велики потери в комсоставе (командном составе). Деревни Павловка и Григорьевское мне не удержать незначительными наличными у меня силами, особенно при отсутствии у меня конницы. Прошу дальнейших указаний».

В своем докладе Воеводе Генерал Смолин дает иное время на начало отхода частей Полковника Аргунова от Вознесенского. Именно, Генерал Смолин пишет:

«До 15 часов Полковник Аргунов сдерживал противника преимущественно артиллерийским огнем на юго-западной окраине Вознесенского. В 15 часов 30 минут отряд Полковника Аргунова, не теряя боевого соприкосновения с противником, начал отходить на Павловку и к 17 — 18 часам занял позицию в 3 — 4 верстах от нее к северу».

Относительно этого «расхождения по времени», мы однако полагаем, что оно более кажущееся, чем действительное. Надо полагать, что по занятии Вознесенского, состоявшегося перед 11 часами, красные — участвовавшие в бою или просто двигавшиеся в походной колонне с 5 — 6 часов утра — нуждались в кратковременном отдыхе, а потому и задержались на часик — другой в Вознесенском. Таким образом, Полковник Аргунов, ведший в 11 часов бой с красными на юго-западной окраине Вознесенского и получивший приказ от Генерала Смолина «сдерживая наступление противника на всех рубежах, к вечеру отойти на дер. Павловка», — получил возможность задержаться в виду Вознесенского до 15 часов 30 минут.

В течение всего дня судьба отряда Полковника Мельникова и результаты боя его с красными Генералу Смолину и Полковнику Аргунову не были известны.

В 18 часов 14-го, когда отряд Полковника Аргунова подходил к Павловке, Штаб Сибирской группы во главе с Генералом Смолиным прибыл в дер. Абрамовна, дабы иметь связь по телеграфу со Штабом Земской Рати и Полковником Мельниковым, который к этому времени должен был отойти на Григорьевское. Так по крайней мере рассчитывал Генерал Смолин.

В заключение отметим, что потери отряда Полковника Аргунова за истекший день 14-го были «весьма велики, по меньшей мере до 150 человек», как указывает Ген. Смолин в своем докладе Воеводе.



Содержание