О Белых армиях » Мемуары и статьи » Я. Александров. БЕЛЫЕ ДНИ. ЧАСТЬ 1-ая. » IX

IX


15-го марта начался так называемый «ледяной поход».

С утра при резком порывистом ветре шел сильный дождь. Вскоре похолодело, дождь сменился мокрым снегом. К полудню поднялась настоящая метель, и вся местность потонула в белом вихре разыгравшейся зимней вьюги.

Чтобы ввести противника в заблуждение, Корнилов выслал с рассветом дивизион Глазенапа в направлении на ст. Энем, Армия же двинулась на Новодмитриевскую.

Шедший в авангарде Офицерский полк перед Новодмитриевской был обстрелян большевистской артиллерией. Полк развернулся и повел наступление. Находившаяся перед станицей горная речка разлилась. Быстрое течение снесло все мосты, и перед добровольцами выросло неожиданное препятствие, находившееся под огнем красных, занявших противоположный крутой берег разбушевавшейся реки.

Офицерский полк под командой Маркова, не долго раздумывая, бросился в воду и по горло в воде перешел бушующую, реку с плывущими по ней льдинами.

Большевики, совершенно потрясенные такой сверхъестественной атакой, в панике побежали к станице. На их плечах ворвались Марковцы и врасплох захватили бывшие в станице резервы красноармейцев, сидевших в хатах и менее всего думавших о возможности наступления в такую погоду. Стрельба же у реки не была ими услышана за шумом бури.

Вслед за Офицерским полком подошли и другие части пехоты.

Опомнившиеся от страха большевики собрались на противоположной окраине станицы и открыли стрельбу. Но после небольшого боя, они очистили Новодмитриевскую и отошли к западу на ближайшие хутора.

Дивизион Глазенапа, дойдя до Энем, вступил в бой, с большевиками. Продемонстрировав нужное время, Глазенап, пользуясь метелью, сталь незаметно для красных отходить к Новодмитриевской. На несчастье проводник сбежал, головная застава сбилась с пути, и только к вечеру, наткнувшись на брошенные повозки обоза, дивизион ориентировался на какую-то занесенную снегом дорогу и по ней дошел до Калужской. Дав коням короткий отдых, Глазенап к ночи добрался к Новодмитриевской.

Только что измученные, насквозь промокшие и обледенелые добровольцы разошлись по квартирам и заснули, как станица начала обстреливаться. Усталость, ночь, стужа с провизывающим ветром и ночная стрельба, — все смешалось в какой-то ад.

Оказалось, что большевики, окружившие Новодмитриевскую с юга и с запада, снова повели наступление. Но и на этот раз добровольцы отбили красных и силою оружия отвоевали себе ночлег. Большевики отошли.

Пока происходила эта боевая трагедия, Кубанская Армия сидела по хатам в станице Калужской и очень неохотно уступала часть своих квартир для пришедшего туда обоза с ранеными добровольцами.

Как выяснилось, кубанцы выступили согласно приказа Корнилова из Калужской, подошли к какой-то разлившейся реке и даже попробовали перейти ее в брод. Но видя, что их кони не желают идти в ледяную воду, — сочли лошадиную волю достаточным поводом к избавлению себя от дальнейших искушении судьбы и вернулись обратно. Когда же вечером и ночью до Калужской доносилась со стороны Новодмитриевской непрерывная стрельба, то и тут осторожные кубанцы решили выждать.

В военной практике Корнилова это был, вероятно, первый случай неисполнения боевого приказа.

На другой день Корнилов вытащил в Новодмитровскую кубанские части.