О Белых армиях » Мемуары и статьи » Я. Александров. БЕЛЫЕ ДНИ. ЧАСТЬ 1-ая. » X

X


С присоединением кубанцев, последние вошли в состав Добровольческой Армии, которая была переформирована.

Пехота составила две бригады, 1-ю — из Офицерского и Кубанского стрелковых полков под командой Маркова, и 2-ю— из Партизанского и Корниловского — под командой Богаевского. Обе бригады получили также и свою артиллерию.

Конница была сведена в конную бригаду в составе 1-го (Гершельмана) и 2-го (Глазенапа) дивизионов, 1-го Кубанского казачьего и 1-го Черкесского конного полков. Командиром бригады был назначен Эрдели.

Командовавший Кубанской Армией Покровский, произведенный Кубанским правительством из штабс-капитанов в полковники, а затем в генерал-майоры, командной должности не получил.

Кубанская Рада и правительство пристроились к обозу Армии.

В этот же день вечером Корнилов выслал бригаду Богаевского с приданным ей дивизионом Глазенапа очистить от противника район хуторов к западу от Новодмитриевской.

Этот район представлял из себя пересеченную местность, покрытую местами кустарником, местами болотистыми проплешинами, среди которых в беспорядке были густо насажены хутора. Запутанные и при том лишь слегка обозначенные дороги еще более усложняли ориентировку.

В соответствии с местностью было и население, состоявшее из всяких народов до греков включительно.

Вся эта полоса хуторов кишмя кишела красной нечистью, появлявшейся отовсюду, как черти из болота.

В течение целой ночи и всего следующего дня при отвратительной погоде Богаевский исполнял данную ему задачу, дерясь на все четыре стороны с наседающими большевиками. К вечеру пехота выбила красных из Григорьевской и оставалась в ней до 26 го марта.

На этот день Корнилов назначил атаку Георгие-Афипской.

Богаевскому было приказано атаковать станицу со стороны Григорьевской, а Маркову, — со стороны Новодимитриевской.

Обеим бригадам предстояло пересечь железную дорогу. Для обеспечения перехода через железнодорожную линию Корнилов приказал взорвать мосты: Гершельману — у ст. Энем, а Глазенапу к западу от Георгие-Афипской.

Дивизион Глазенапа, двинувшись к мостам, нарвался на значительные силы большевиков. Видя невозможность добраться до моста, Глазенап, выставив заслон в сторону противника, быстро испортил путь в нескольких местах и, когда встревоженные этим большевики выслали броневой поезд, то последний не смог продвинуться по изуродованному полотну и повернул обратно.

Дивизион же присоединился к спокойно перешедшей дорогу бригаде Богаевского и продолжал наступать вместе с ней, прикрывая ее левый фланг.

В бригаде Маркова дело обстояло хуже. Гершельман наскочил также на большевиков и сделал попытку овладеть с боем ст. Энем. Ничтожные силы дивизиона не выдержали огня и отступили. Большевики же немедленно пустили броневой поезд и, когда еще Гершельман, оттесненный от насыпи, не успел сообщить о происшедшем Маркову, — бригаду последнего начал настигать броневик. Понеся серьезный потери, Марковцы разобрали путь в ручную и с большим трудом совершили переход.

Георгие-Афипская была взята, и весь день 26-го марта Армия провела в ней.

Узнав о ходе боя, Корнилов хотел предать Гершельмана суду, но затем ограничился отрешением его от должности. Его конный дивизион был присоединен к дивизиону Глазенапа, и оба дивизиона составили 1-й Конный полк.

Нельзя не упомянуть, что Гершельман принадлежал к числу, так называемых, «несчастливых» начальников. Ему фатально не везло. Но это был честный и храбрый офицер, окончивший свое земное поприще в бою. Он был убит весной 1919-го года под с. Аскания-Нова, Таврической губернии, в должности командира кавалерийского полка.

В тот же день, крайне скупой на похвалу, Корнилов отдал приказ с объявлением благодарности Глазенапу за неизменную его твердость, доблесть и мужество.

Такими словами охарактеризовал действия Глазенапа суровый Командующий, ни до, ни после этого не объявивший открыто никому своей благодарности.