О Белых армиях » Мемуары и статьи » Я. Александров. БЕЛЫЕ ДНИ. ЧАСТЬ 1-ая. » XXIV

XXIV


На другой день по прибытии в Ставрополь Уварова на площади был отслужен торжественный молебен. Во время молебна уже над окраинами города разорвалось несколько снарядов, пущенных снова наступавшими на город большевиками.

Положение Уварова было очень тяжелое.

В его распоряжении находилось не более 50-70 верных людей.

Остальное офицерство и призванная военная молодежь еще не успели собраться и вооружиться.

Части отряда Шкуро начали уже прибывать, но эти части имели тогда далеко не совершенное устройство; многие казаки как-то неохотно надевали погоны, вообще ко многому еще присматривались. В отряде было весьма странное учреждение, подозрительно смахивавшее на революционный комитет, о котором сам Шкуро уклончиво замалчивал, называя его «малым кругом». Вообще от всего его отряда слегка припахивало «керенщиной». С нею Шкуро видимо еще не успел справиться.

Не лишен был отряд и известной порции политиканов.

Некоторые из числа последних заявились к Уварову и дали ему понять, чтобы он на отряд не особенно рассчитывал, так как отряд не намерен действовать с ним заодно. Когда прямой Уваров, перевидавший за свою жизнь не мало всякого народа, спокойно спросил, чего же они хотят, то эти полупочтенные господа, ничтоже сумняшеся, заявили: «мы требуем передачи всей власти нам». — Уваров на это ответил: — «если Командующий Армией мне прикажет, я все сделаю, но... караула от винного склада не сниму».

Шкуринцы были люди не гордые и не конфузливые и начали бормотать какую-то дрянь о бедственном положении казаков. Узнав от Уварова, что он уже выдал отряду аванс в пятьдесят тысяч рублей, они просветлели и при свидетелях заявили о своей будущей верности.

Так страдало революционной отрыжкой даже боевое казачество, не в меру объевшееся трудно перевариваемыми свободами.

К вечеру большевики подошли совсем к городу, но казаки Шкуро дали им отпор. Сам Шкуро носился по фронту и подбадривал нагайкой тянувшихся к кухням пластунов.

А в тот же день в городе послышалась словесная стрельба, и обозначилось наступление городского самоуправления, решившего взять Уварова внезапным штурмом.